Меню сайта
Красота или жизнь
Коллаж: pixabay.com

Ная глубоко вздохнула и, пока её не покинули хоть какие-то крохи храбрости, открыла дверь. Передняя комната салона была в нежно-голубой гамме, с портретами, видимо, клиенток на стенах, белой дверью у дальней стены и диваном со столиком перед ней. На диване сидела пожилая женщина лет сорока пяти, листавшая до появления Наи глянцевый журнал.

– О, ещё одна! Проходи-проходи, не стесняйся! – женщина приветливо улыбнулась и сдвинулась на самый край дивана. Подойдя, Ная осторожно присела на другой.

– Итак, чтобы тебе хотелось изменить в себе?

– У меня не очень много денег, смущённо начала Ная, – поэтому я бы просто хотела убрать несовершенства кожи с лица. Ну… прыщи, чёрные точки, излишний румянец… – девушка говорила всё тише и тише, и, наконец, под испытующим взглядом хозяйки салона, совсем замолкла.

На две, показавшиеся вечностью для Наи, минуты в салоне установилось молчание. Потом женщина хмыкнула и сказала:

– Пойдём в операционную.

Девушка послушно поднялась и вслед за хозяйкой вошла за белую дверь. Такой же белой была и операционная, исключая только синий в человеческий рост экран на стене рядом с входом. Кроме экрана был ещё какой-то аппарат, напоминающее форму для отливки: на полу стоял белый сплошной прямоугольник с углублением наверху, а вдоль края с одной из длинных сторон был приделан на подвижный механизм ещё один прямоугольник, тоньше и с более рельефный углублением, но уже в нижней части. Если опустить верхнюю сторону на нижнюю, то получалось внутренняя полость в форме человека.

– Снимай обувь и укладывайся. Не бойся, пока только сканирование проведём, – женщина подтолкнула Наю к аппарату, и девушке ничего не осталось делать, кроме как послушаться.

В аппарате на удивление оказалось не так уж и клаустрофобично: когда крышка опустилось, включилось внутреннее освещение белого цвета. Затем Ная почувствовала теплоту в районе затылка, как будто собрали и направили туда солнечные лучи, которые предназначались всему телу. Постепенно это ощущение тонкой полоской спускалось дальше, на лицо, шею, туловище и ноги, а потом исчезло. Сразу же после этого погас свет и начала открываться крышка. Снаружи Наю ждала хозяйка салона, за спиной которой на синем экране высвечивалась абсолютная копия девушки.

– Итак, давай посмотрим…Ты хотела исправить недостатки кожи лица, да? – женщина что-то набрала на планшете, – Вот, полюбуйся на готовый результат, – лицо Наи на экране изменилось: исчезли неизменные спутники переходного возраста – прыщи, чёрные точки и жирный блеск, – а также излишний румянец на щеках. Девушка восхищённо вздохнула: это лёгкое изменение сделало её если не красавицей, но очень даже миловидной. Да и цена, высветившаяся ниже, была как раз такой, какую Ная вполне могла потянуть. Девушка уже было собралась сказать, что это её устраивает и она согласна, как хозяйка салона быстро заговорила вновь:

– Но посмотри, что будет, если ещё и подкорректировать вес, придать волосам большую лёгкость, а глазам выразительность,– пальцы летали над планшетом, – Ну, разве тебе бы не хотелось такой стать?

Ная боялась вздохнуть: с экрана на неё смотрела настоящая красавица, но в то же время это была и сама Ная. Только улучшенная, идеальная версия самой себя. И девушке безумно, до дрожи захотелось стать такой. Однако опустив взгляд ниже, она чуть было не расплакалась: такую сумму ей ни за что не собрать.

– Очень бы хотелось, но… – голос Наи дрогнул, – у меня не хватит денег.

– Деньги? Милая моя, разве красоту, что приносит счастье, можно оплатить деньгами? – в подтверждение её слов стоимость пропала с экрана, – Оплачивают деньгами мои услуги только те, кто хочет стать как кто-то другой. Для тебя же преображение будет стоить, – женщина сделала паузу, – десять лет жизни.

– Десять лет жизни?! Как это?

– Очень просто: ты умрёшь на десять лет раньше, чем тебе суждено.

Ная осторожно посмотрела на хозяйку салона: не сошла ли она с ума? Но та совсем не напоминала умалишенную, наоборот, в глазах была мудрость и некий интерес, будто бы она наблюдала за каким-то опытом.

Девушка перевела взгляд на экран: в принципе, если ей ничего не надо оплачивать деньгами, то что она теряет? Разве кто-то может забирать часть чужой жизни? Бред, такое только в сказках да фэнтези бывает. А так она получит красивую внешность.

– Ты только посмотри, какой красавицей можешь стать. И всего за десять лет жизни. Вдруг ты должна дожить до глубокой-глубокой старости, когда и двигаться не сможешь? А так такого не будет. Да даже если тебе отмерян срок и поменьше, все равно тебя запомнят более молодой, чем должны бы были, – голос хозяйки салона тёк сладкой карамелью, отдавался музыкой в ушах Наи и вытеснял все сомнения из её разума. И девушка решилась:

– Хорошо, я согласна.

– Тогда переодевайся в специальный костюм и снова ложись в аппарат, я вколю тебе обезболивающее-снотворное и начнём.

Уже переодевшись в сплошной и застёгивающийся только на спине белый костюм из чего-то, напоминающего на ощупь целлофановый пакет, Ная решила задать мучивший её с первой минуты нахождения в салоне вопрос:

– Только, скажите, пожалуйста… почему вы выглядите…

– Не так, как описывала твоя подруга? – женщина усмехнулась, – Каждый видит меня по-разному, в зависимости от своих намерений. Те, что как ты, готовы отдать годы своей жизни, видят меня настоящей. Другие же так, как ожидают.

Ещё одна странность. Ну ладно, может, хозяек двое и молодая блондинка модельной внешности, которую видела Ленка, вторая из них? Да, скорее всего так. И лучше бы её приняла та, она, во всяком случае, опять же по рассказу подруги, была нормальной. А у этой больно странностей много.

«Ладно, раз решилась, значит надо потерпеть», – думала Ная, пока женщина вкалывала ей обезболивающее-снотворное. Сразу же после этого мысли стали тяжёлыми, разум затуманился, и вскоре девушка провалилась в глубокий сон.

*     *     *

Ная ещё раз окинула отражение себя новой в зеркале взглядом, счастливо улыбнулась и повернулась к хозяйке салона:

– И как мне заплатить за это?

– Когда придёт время, милая, я сама приду и заберу плату, – женщина мягко улыбнулась, будто речь шла не об отрезке жизни, а о круассанах и кофе. Только вот от её «милая» Наю передёрнуло, как от рыбьего жира.

– И не нужно… ну, там… подписывать какой-нибудь… договор?

– Зачем? Достаточно одного твоего согласия.

Девушка пожала плечами: ещё меньше мороки – ни через какой суд её не смогут заставить заплатить, когда хозяйка салона одумается или придёт в себя. Что же, всё к лучшему.

Ная собиралась быстро выйти, не смотря на женщину, и она уже подошла к двери, как что-то заставило её обернуться и ещё одним внимательным взглядом окинуть хозяйку салона – таким взглядом, что невольно запомнишь на всю жизнь увиденное.

– До свиданья, – в горле внезапно запершило, поэтому Ная смогла лишь шептать.

– До следующей встречи, милая.

*     *     *

Эти два месяца стали самыми счастливыми в жизни этой девушки. Вместе с несовершенствами ушли комплексы и стеснительность, и Ная начала раскрываться. Все сразу же захотели с ней общаться и дружить, а один парень (кстати, весьма симпатичный и весёлый) даже предложил встречаться. Но за всё хорошее надо платить, а уж за идеальное – тем более.

Ная совсем забыла о своём согласии. Да и как можно было помнить о такой глупости, когда вокруг столько интересного и весёлого? Однако хозяйка салона этого не забыла, да и не могла забыть. И она уже ждала девушку, стоя на другой стороне перехода, но из-за шумной компании вокруг Ная её заметила только на середине дороги. Но стоило только встретиться им глазами, как Ная всё вспомнила, и на этот раз слова об отдачи части жизни не показались её уж такими смешными и глупыми. Наоборот, её всю сковал страх, настолько сильный, что девушка не могла не то, чтобы пошевелиться, а даже просто отвести свои глаза от нее. Сердце с каждым ударом стучало всё громче и громче, а вокруг вдруг оказалось слишком пусто.

Это увидели все, да и мудрено было не увидеть, как совсем ещё молодую и очень красивую девушку, неожиданно застывшую посреди пешеходного перехода и не поддающуюся на продолжающиеся до последнего попытки друзей увести её, на огромной скорости сбила машина. После удара всё будто замерло на несколько секунд, а потом вновь ожило и завертелось с удвоенным темпом: водитель машины быстро умчался; друзья бросились к девушке; кто-то кричал, чтобы вызвали скорую; кто-то её уже вызывал, кто-то ругал девушку, кто-то её друзей, кто-то водителя. Единственным спокойным человеком осталась женщина лет сорока пяти, нет, уже тридцати пяти – в общей суматохе никто и не обратил внимание на это изменение. А женщина улыбнулась и, повернувшись, не спеша направилась в сторону своего салона.

Ещё несколько таких дурочек – и она вновь станет юной, и вновь начнёт жизнь под новым именем. А такие дурочки находились, находятся и будут находиться в любое время – женщина встречала их ещё в античности, когда в первый раз состарилась и, не захотев умирать, получила за душу и клятву быть всегда на их стороне от своих господ способность давать другим идеальную внешность в обмен на отрезок жизни. Много времени с тех пор прошло, да только люди не меняются. Вот и эта девушка без раздумья согласилась: а ведь ей было суждено умереть хоть и в молодости, но героически, спасая из огня пришедших на спектакль детей, а не вот так, по простой случайности. Да и всё-таки подольше бы прожила, причём почти во всех вероятностях весьма счастливо: признание таланта, успешная работа актрисы театра, несколько искренних и верных друзей. А так…

Впрочем, каждый выбирает сам, что важнее.

Никто не решился оставить свой комментарий.
Будьте первым, поделитесь мнением с остальными.
avatar